Главная
Новости Политика Геополитика Мир Россия ИноСМИ Видео

Как в регионах достают дефицитные защитные маски

В ситуации пандемии коронавируса во многих регионах России был экстренно развернут выпуск защитных масок. Специальный корреспондент газеты ВЗГЛЯД побывал в Республике Коми – где швейные фабрики едва ли не первыми откликнулись на просьбу властей, за считанные дни освоили «пилотные» партии и всерьез готовятся к полноценному серийному производству масок и специальных костюмов.
- Раскроить, нарезать резинку, обтачать, вывернуть, наметить складки, обстрочить, – показывает Ирина. В экспериментальном цехе Сосногорской швейной фабрики – шесть часов от Сыктывкара и еще совсем немного после Ухты, полной офисами нефтегазовиков – оттачивают технологии производства многоразовой маски.
Фабрика более тридцати лет шьет спецодежду для тех, кто на месторождениях. Куртки и брюки делают и сейчас, но маски уже заставляют традиционную продукцию потесниться. В том числе – благодаря Ирине и ее коллегам по экспериментальному цеху.
- Раньше на одну многоразовую маску уходило пять минут, – говорит Наталья Исакова, главный инженер Сосногорской швейной фабрики. – Теперь... кстати, а сколько теперь?
Выясняется, что уже близко к двум минутам. В любом случае, при переносе на линию из сорока человек должно получиться около пяти тысяч масок в сутки. Для начала. По принципам организации, как объясняют на фабрике – та же последовательность, что и с костюмами для нефтяников и газовиков: живой конвейер от стола запуска до стола выпуска. Только операций поменьше, разумеется. И технологический цикл короче.
Около экспериментального цеха – огромный длинный стол. На одном его конце расположен рулон хлопка для многоразовых масок. На другом – очередная бобина спанбонда. Спанбонд и мельтблаун – современная синтетика, составные части одноразовой маски, которую не столько шьют, сколько сваривают. Для одноразовых масок нужны машины-полуавтоматы; их здесь ждут. В ожидании – тоже экспериментируют, «чисто по сырью» и его подбору.
- Мы не специалисты, мы только начинаем всему этому учиться, – говорит главный инженер. – И многоразовым, и одноразовым. Но учимся быстро. Не можем ведь в стороне стоять, когда в мире такое. И в стране. Город у нас маленький, 25 тысяч жителей всего. Если все получится – произведем общероссийскую революцию. А как иначе назвать, если за считанные недели настолько новое производство удастся настроить...
* * *
- Две недели назад главой региона, Сергеем Анатольевичем Гапликовым, была поставлена четкая задача: защитить наших жителей от инфекционной напасти, – формулирует Дмитрий Кологривый, директор Сосногорской швейной фабрики. Бессменный, тридцать лет и три года. – В нашем случае защитить – это запустить новый ассортимент: многоразовые и одноразовые маски, а также специальные медицинские костюмы для защиты от инфекционных заболеваний.
Дальше – закрыть аварийные потребности медиков по костюмам и защитным маскам. Это для тех, кто на передовой. Массовое производство – уже следующий шаг, но совсем не отдаленный. Задачи для Сосногорской швейной фабрики примерно таковы: десять тысяч медицинских костюмов и пять миллионов многоразовых масок в месяц. Поскольку на повестке – еще и вопрос о том, чтобы участвовать в закрытии потребностей Минздрава, то есть на федеральном уровне.
- Нам надо быть полезными участниками этого процесса и не подвести наш регион, - формулирует директор фабрики. – Идет работа на перспективу. Определяемся по оборудованию, сырью. Ведем переговоры с поставщиками специального оборудования. У нас японские швейные машины. Но сейчас мы хотели бы приобрести любое оборудование, которое позволит нам обеспечить продукцией нашу республику и близлежащие регионы для защиты населения от напасти.
На первое время планируется закупить один или два полуавтомата. Швея в этом случае, объясняет Кологривый, по факту работает оператором: закладывает рулон, а все остальное делает машина. Но срок закупки велик – очередь выстраивается по всей стране, спрос превышает.
- Это для одноразовых масок, – уточняет Дмитрий Дмитриевич. – Многоразовые же можно делать – и мы их делаем – на обычных машинах.
Многоразовые, по мнению директора Сосногорской фабрики – более надежны и более удобны:
- Одноразовые могут на какое-то время защитить людей от первичных последствий, что тоже очень важно. Но у нас в России все-таки привыкли вкладываться в что-то долговременное, брюки не по одному разу носить. Психологически даже. По качеству материала, по плотности, по возможностям – предпочтительнее многоразовая маска.
- И почем?
- Рынок сырья в нашем сегменте работает как биржа, – дипломатично отвечает директор. – Сегодня – одна цена, завтра другая, послезавтра она совсем третьей может быть. Зафиксироваться и сказать, сколько и что будет стоить, наверное, нельзя. Но можно сказать, что мы смогли закупить нужное сырье – хлопковую ткань – раньше и дешевле.
Разброс цен на маски от швейных фабрик Коми впечатляет. Например, фабрика в Сыктывкаре просит по 200 рублей за штуку. В Сосногорске, если верить региональной прессе – по 65 рублей.
- У нас действительно дешевле, - подтверждает Дмитрий Дмитриевич, вновь уходя от вопроса о точной цене. - В любом случае нам необходимо двигаться по технологическому времени. Оно предусматривает определенный процесс. Раскрой сырья, пошив, контроль качества, упаковка – этот процесс занимает от пяти до семи дней. Сейчас нам нужно немного времени, чтобы мы максимально раскрутились.
У Кологривого на фабрике около трех сотен сотрудников. С учетом заявленных задач расширение неизбежно.
- Можем увеличить штат до 500 человек. Новые рабочие места – то, что нужно и Сосногорску, и Ухте: мы ведь рядом с обоими городами. И площади для расширения у нас есть, – заверяет директор Кологривый. – Мы задумывались о сокращениях. А сегодня нас стимулируют для того, чтобы мы росли. Видимо, такие часы «икс» и существуют для того, чтобы сплотиться и совместно решать общие задачи. Мы видим, что республика хочет видеть нас на совершенно другом уровне.
- Что дает и увеличение доходов предприятия?
- Конечно. Но я сразу хочу предупредить: в этой задаче мы больших доходов не преследуем. Задача – помочь закрыть потребности государства по маскам и медицинским костюмам. Дальше время покажет.
* * *
- Кашель, высокая температура, боли в мышцах, рвота, тошнота, – Ольга Елфимова, терапевт из сыктывкарской поликлиники №3, перечисляет симптомы тем, кто собрался у городского центра занятости.
- Ребята, послушайте, пожалуйста! – Илья Костин, один из основателей проекта «Сытый гражданин», выезжает на передний план. Настолько быстро, насколько ему позволяет коляска – и тротуар, покрытый льдом. – Это важно, чтобы все были здоровы, чтобы вам не было хуже.
На пятачке у центра занятости – ровно напротив Свято-Стефановского кафедрального собора – несколько десятков тех, кого принято называть «попавшими в трудную жизненную ситуацию». От сорока до шестидесяти лет – кто из аварийных коммуналок, кто из ночлежек. Кто сам, кто на костылях; все, как везде в подобных – ну да, ситуациях.
В конце весны в Сыктывкар ненадолго, но вернулся крепкий минус, где-то около двадцати. У передвижной суповой кухни «Сытого гражданина» особенно людно. Самое время, чтобы присовокупить к бесплатной пище раздачу средств гигиены. В том числе – и одноразовых масок.
- Еще лет десять назад мы с ним в футбол бегали, - смотрит на Илью Николай Шпаков, специалист-энергетик и один из постоянных активистов «Сытого гражданина». – Болезнь такая, ухудшается с годами. Мы втроем с одного двора – Илья, я и еще Дмитрий, он в университете работает. С детства знакомы. И людьми занимаемся тоже вместе.
- Не ездить в страны, где распространена болезнь, – на автомате произносит Ольга Елфимова. Делает паузу, оценив аудиторию. – Очень долго и тщательно мыть руки перед едой. Носить маски, особенно если вы подозреваете в себе болезнь. И обязательно стараться быть здоровыми.
- Ребята, – вновь просит внимания Илья Костин. – Раньше мы выдавали гигиенические средства раз в месяц, в первое воскресенье. Теперь будем выдавать каждую неделю, и не только мыло... Послушайте же, ладно?
- И не контактировать с людьми, которые болеют. Избегать таких людей. И все пройдет сто-ро-ной, – уверяет женщина в фирменном фартуке с символикой одного из местных мясных производств. – А теперь – пожалуйста, за едой.
- Хлоргексидин – вещь суровая, но как санитайзер вполне, - показывает гигиенический набор Николай Шпаков. – Салфетки спиртосодержащие. Хозяйственное мыло. И маски одноразовые.
- По сколько масок на лицо?
- А сейчас посмотрим, сколько к нам людей пришло, - Николай Шпаков оглядывает собравшихся. – Наверное, по две выйдет. Ну минимум одна точно.
«Сытому гражданину» уже больше двух лет. Каждые выходные Илья, Николай и другие волонтеры кормят «тех, кто «попал...». Накормить за раз человек 20-25 – около тысячи рублей. «На это хватает и наших средств», – уверяет Шпаков. Плюс помощь четырех десятков волонтеров «Сытого гражданина». Плюс грант на 50 тысяч рублей от города – организация санитарного пункта в городской ночлежке: помыться, постирать. «Это другой проект», – уточняет Николай.
- Маски нам пожертвовали, – говорит Илья, в очередной раз выслушав вопрос из серии «где брали, шесть аптек обошел, уже больше месяца ни в одной нет. – Для людей в трудной ситуации взяли и нашли. Вот наш волонтер Сергей Александрович помог...
- И еще найдем, – говорит Сергей Кулаков, муниципальный депутат и девелопер: все последние многоэтажки Сыктывкара – «это наша команда», уточняет он. – Илья Костин – серьезный общественный деятель, на него мы равняемся и помогаем во всех его начинаниях: и «Сытый гражданин», и проект для городской молодежи, и «Аппарель» для людей с ограниченными возможностями... Что касается работы с трудными ситуациями – мы думаем, что на улице все это делать неудобно, а нужен хороший широкий стационарный проект для помощи людям на регулярной основе. Включая, разумеется, гигиену и медицину. Особенно сейчас, когда этим людям еще труднее, чем нам.
- А почему маски не многоразовые-то?
- Так стирать-то им их - где? – спрашивает Илья. – Точнее, кипятить.
* * *
- Кипятить обязательно, мы с эпидемиологами говорили, – сообщает Наталья Харитонова. – Четкую консультацию получили, как и что делать по дезинфекции многоразовых масок, которые уже носили.
Наталья Харитонова – директор Сыктывкарской швейной фабрики. Тут – та же ситуация, что и в Сосногорске. Есть собственная продукция – одеяла, подушки, постельное белье. И две недели назад – звонок сверху. На этот раз – от мэра Сыктывкара Натальи Хозяиновой.
- Первый случай коронавируса в городе, срочно надо налаживать выпуск масок, – воспроизводит задачу директор Сыктывкарской швейной фабрики. – Ночь думали, совещались с технологами. Одноразовые маски шить нам не на чем: это не шитье, это спайка. Машины купить – можно, и власти помогают кредитами под 1% на оборудование и на оборотные. Но созвонились с продавцами – выяснилось, что эти машины надо ждать больше месяца как минимум. Дмитрий Дмитриевич из Сосногорска наверняка же рассказывал, да? Ну вот, те же проблемы.
Стало быть, надо начинать с многоразовых. Из чего их делать? Технологи подсказали: из медицинской барьерной ткани. Давно знакомой - на фабрике из нее годами шьют, к примеру, наматрасники. Дышащая мембрана, махровый хлопок. И главное – прочность, в том числе для многократной стирки.

На эту тему

  • Путин поручил губернаторам лично контролировать поддержку пожилых граждан
  • Саратовская и Иркутская области ввели режим изоляции
  • Ученые назвали способ без лекарств побороть коронавирус
- Чтобы убить всех микробов, нужно кипятить маску в щелочном растворе, - просвещает Наталья Владимировна.
- То есть...
- На литр воды – чайная ложка соды, - объясняет Наталья Владимировна. – Не стесняйтесь, у меня самой двойки по химии были... Прокипятить маску, высушить, положить в чистый пакет – и все, никаких вирусов на ней. Менять в течение трех часов.
Маска из ткани, которая в ходу на фабрике у Харитоновой, выдерживает минимум три десятка таких кипячений. Как и в Сосногорске, здесь тоже ждут медицинскую сертификацию – причем в ближайшие дни: указания правительства позволяют ускорить и упростить процесс для тех, кто шьет против «короны». Пока что поставки идут сыктывкарским врачам, по предприятиям, а также в собственные фирменные магазины.
- До получения сертификата продукция называется «маска многоразовая защитная», без слова «медицинская», – подчеркивает директор Харитонова. – Мы взяли размер одноразовой маски, протестировали на людях, выявили удобную ширину и длину резинок... ну и запустились, чего тянуть.
Первый день нового производства дал всего 700 штук. Сейчас – около 6 тыс. в день. Те же японские машины, что и у Дмитрия Кологривова в Сосногорске. Та же технология: сначала оверлок, потом на прямострочной машинке – края и резинки. На линии в одну смену работают тридцать человек. Шьют в две смены. На подходе – третья, ночная. Хотя в ночь уже работают четыре швеи, но будет еще больше.
– Сейчас делаем только маски. Остальная продукция – только со склада, даже по госконтрактам, – подчеркивает директор Харитонова. – Партнеры ситуацию понимают, желают удачи. Многие работницы остаются на следующую смену – из патриотизма.
- Плюс сверхурочные?
- Разумеется, – говорит Наталья Владимировна. – Но прежде всего, думаю, все-таки из патриотизма.
Средняя зарплата швеи – от 25 до 30 тыс. рублей. После смены уходит мало кто: «шьют до победного». У кого-то ребенок в садике до 19.00 – значит, работают до без четверти семь. Бухгалтеры упаковывают, другие офисные сотрудницы режут резинки, клеят этикетки.
- Очень хорошая ткань, турецкая, – Харитонова возвращается к теме сырья. – Чрезвычайно недешевая. Но другая не выдерживает такого кипячения!
Одна маска Сыктывкарской швейной фабрики – вне зависимости от партии и производства – стоит 200 рублей. Дорого, но под обещание цену не повышать. И под еще одно обещание.
- Сейчас многомиллионные заказы приходят из других регионов, – говорит директор Харитонова. – До 50% больше дают, чем наша цена. Я говорю: «Извините, не могу». Потому что мэру Сыктывкара обещала: до тех пор, пока город не насытим, пока не перестанут наши местные люди наши местные маски покупать – хоть мешок золота давайте, а мы обеспечиваем внутренний объем. Работая каждый день, в том числе и по субботам.
В цеха к Харитоновой посторонним не попасть. Для всех, кто не работает на фабрике – «жесткий карантин на вход до особого распоряжения», говорит Наталья Владимировна. Саму ее тоже пока что увидеть нельзя. В середине марта Харитонова вернулась из-за границы. Самоизоляцию – несмотря на срочность переналадки производства – никто не отменял, и для директора фабрики она заканчивается только сейчас.
- По телефону, как с вами, по видеосвязи, – описывает Харитонова карантинные методы управления. – Я должна выплатить людям зарплаты, уплатить налоги – так что в ноль не работаем, есть какая-то прибыль. Но сейчас не это наша цель, ну правда. Мы чувствуем поддержку, никто не безучастен. Каждый день власти звонят, спрашивают: «Чем вам помочь?»
- И что отвечаете?
- Что все под контролем. Что дополнительное оборудование для многоразовых масок быстро закупили – шесть единиц. Что технологию совершенствуем, что лишние движения убираем, что производство наращиваем, – говорит директор фабрики. – Каждая маска, каждая спокойная душа – вклад в наше будущее. Нашу фабрику знают, нас любят, нам доверяют. Комментарии «Благослови вас Бог», «От вас зависит наше здоровье» придают значимость нашей работе.
* * *
«Посещение без медицинских масок запрещено» – предупреждает объявление у Национальной галереи Республики Коми. Основательное, как будто всегда тут стояло – стальной штырь, на котором обычно крепится «начало осмотра» или что-то другое, музейное.
Одноразовых медицинских масок как таковых в Сыктывкаре не найти – то ли уже, то ли пока; как и везде. В аптеках в лучшем случае могут предложить марлю и посоветовать, как «вооот здесь и здесь проделаете разрезы, и все в лучшем виде на ушах». Про сосногорские, сыктывкарские, воркутинские многоразовые маски в аптеках уже наслышаны. Равно как и о том, что «вот скоро сертификация у них – и тогда начнут поступать и к нам, а пока мы не имеем права немедицинской продукцией торговать».
А в галерее, между тем – прекрасная подборка Роберта Фалька и русской абстрактной живописи начала ХХ века. Плюс выставки – одна от Никаса Сафронова, другая из некоей частной коллекции: офорты Врубеля, литографии Мунка и Дали – под общим названием «Демоны». С обильными аннотациями: «Данте и Вергилий изображены на многих работах в виде лазерного каркаса. Лазер в годы, когда Дали создавал эти работы, был только изобретен и повергал в шок умы людей, не успевавших привыкнуть к стремительности ХХ века».
- Маска есть, нет? Тогда надевайте эту, - предлагает смотрительница у кассы, открывая ящик стола. Не спанбонд с мельтблауном – марля, но очень ладная и плотная.
- В интернете нашли. «Мордочка» фасон называется, только без рисунка. Сами делаем, – поясняет она. – Бесплатно – для всех, кто находит для нас время. Пока мы еще не закрылись.
P.S. В понедельник стало известно, что в Республике Коми выявлено 15 новых зараженных коронавирусом. По статистике за сутки регион вышел на второе место по России, где зафиксированы 302 новых случая болезни.


Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

Загрузка...

Загрузка...
268
Похожие новости
01 июня 2020, 16:15
19 мая 2020, 21:30
26 мая 2020, 07:30
21 мая 2020, 16:00
26 мая 2020, 07:30
19 мая 2020, 10:45
Новости партнеров
 
 
Выбор дня
01 июня 2020, 14:30
01 июня 2020, 18:15
01 июня 2020, 16:15
01 июня 2020, 12:30
01 июня 2020, 16:15
Новости СМИ
 
Популярные новости
26 мая 2020, 07:30
29 мая 2020, 16:00
29 мая 2020, 21:45
30 мая 2020, 11:00
27 мая 2020, 10:45
29 мая 2020, 12:00
26 мая 2020, 21:30